Домой АНАЛИТИКА Апрельская война 2016 года: «до» и «после»

Апрельская война 2016 года: «до» и «после»

Некоторые выводы и рекомендации

ПОДЕЛИТЬСЯ

Апрельская война стала самым драматичным событием не только 2016 года, но и всех предыдущих 22 лет перемирия, а также сыграла определяющую роль в дальнейших действиях международных посредников и сторон межгосударственного конфликта между НКР и Азербайджаном. При анализе развития событий 2014—2015 годов нами было отмечено, что сторонники мирного урегулирования должны сделать всё возможное, чтобы нарушения режима прекращения огня, да ещё с применением артиллерии, не стали нормой. «Если подобные вопиющие действия азербайджанской стороны не будут вовремя пресечены, то вероятность возобновления войны возрастёт». Об опасности расширения конфликта предупреждали многие эксперты по региону.

От грубых нарушений перемирия до войны

В январе—марте 2016 года азербайджанская сторона продолжала грубо нарушать режим прекращения огня с использованием стрелкового оружия, гранатомётов, миномётов и гаубиц. Азербайджанские военные не прекращали попыток диверсионного проникновения на территорию НКР. Передовыми подразделениями Армии обороны НКР подобные попытки успешно пресекались, и противник отбрасывался назад с потерями для него.

По сводкам пресс-службы Армии обороны НКР, в ночь на 11 марта артиллерийскому обстрелу со стороны противника подверглись не только позиции АО НКР, дислоцированные в направлении Акна (Агдам), но и территории, находящиеся достаточно глубоко от линии соприкосновения. Пресс-служба АО НКР заявила о беспрецедентности действий противника с момента подписания соглашения о прекращении огня и отметила, что азербайджанская сторона приняла тактику, направленную на дестабилизацию ситуации в зоне конфликта, что чревато непредсказуемыми последствиями. В вышеуказанный период число боевых потерь в АО НКР составило 3 военнослужащих. Еще один армянский военный погиб в Тавушской области, на армяно-азербайджанской границе.

По общему признанию, боевые действия, имевшие место на границе Нагорно-Карабахской Республики и Азербайджана в апреле 2016 года, по своим масштабам и интенсивности были беспрецедентными с момента подписания трёхстороннего и бессрочного Соглашения о прекращении огня в зоне нагорно-карабахского конфликта от 12 мая 1994 года. Этот документ, как и другие соглашения, подписанные в 1994—1995 годах главами оборонных ведомств Нагорно-Карабахской Республики, Республики Армения и Азербайджана, предполагал обеспечение трансформации бессрочного перемирия в прочный мир. Однако последующие развития в регионе и в переговорном процессе отдалили мирную перспективу.

22 года перемирия сопровождались различными нарушениями, которые, как правило, совершались азербайджанской стороной. С годами менялись формы нарушений режима прекращения огня: летом 2014 года «снайперская война» трансформировалась в «диверсионную войну», а в последние месяцы 2015 года для обстрела карабахских оборонительных позиций и приграничных населённых пунктов Республики Армения азербайджанской стороной активно использовалось крупнокалиберное вооружение, миномёты, ракетно-артиллерийские системы, зенитные пушки, гаубицы и танки.

Подобная динамика развития событий на линии фронта и отсутствие должной международной реакции на действия Азербайджана должны были привести к войне, которая и имела место в апреле 2016 года.

Эффективные действия Армии обороны НКР (включая армянских добровольцев), беспрецедентное давление на конфликтующие стороны, оказанное из мировых центров силы, в том числе активное вовлечение в процесс стабилизации политического и военного руководства России принудили азербайджанскую сторону прекратить начатую войну. Из трёх стран-сопредседателей МГ ОБСЕ только Россия обладает оперативными возможностями и соответствующим инструментарием в нашем регионе. В периоды обострения конфликта основная роль в успокоении ситуации, как правило, отводится России. Таким образом, Апрельская война не была изначально задумана Азербайджаном как ограниченная по продолжительности и масштабам боевая операция.

Опасаясь контрнаступления Армии обороны НКР, уже 3 апреля Азербайджан заявил об одностороннем прекращении огня, хотя и продолжал вести войну.

По масштабу война охватила всю линию азербайджано-карабахского фронта. Наиболее интенсивные боевые действие имели место на северо-востоке и юго-востоке НКР. Запланированные Азербайджаном действия в центральном направлении были умело пресечены карабахской артиллерией. В первый день войны азербайджанской стороной были задействованы подразделения специального назначения и бригады, расположенные вдоль всей линии фронта. В последующие дни, к зоне боевых действий были переброшены дополнительные силы. Армия обороны НКР в основном справилась со своей задачей по удержанию наступления противника, поэтому не было необходимости переброски в Арцах подразделений или соединений Вооружённых сил Армении, как страны-гаранта безопасности НКР. Продолжение боевых действий, несомненно, расширило бы театр военных действий с применением оперативно-тактических ракетных комплексов и могло вовлечь в войну региональных акторов.

Азербайджанская сторона применила в войне почти все виды своих вооружений и понесла большие потери личного состава и боевой техники, включая танки, вертолеты и БПЛА. Потери были и со стороны НКР, в том числе территориальные. Используя фактор внезапности, 2 апреля азербайджанские формирования заняли некоторые передовые посты Армии обороны НКР на южном и северо-восточном направлениях. В течение двух последующих дней Вооружённым силам НКР удалось провести контрнаступательную операцию и отбить у противника часть утраченных позиций. Операция АО НКР по восстановлению доапрельской линии соприкосновения была остановлена в связи с достижением в Москве договорённостей о перемирии.

Азербайджанской стороной впервые были использованы приобретённые в России и Израиле новые образцы вооружений, такие, как огнемётная система ТОС-1А «Солнцепёк», РСЗО «Смерч», противотанковые системы «Спайк» и ударные БПЛА.

Летом и в начале осени обстановка на переднем крае была относительно спокойной. Азербайджанская сторона применяла в основном стрелковое вооружение. Азербайджанские власти решили не допускать грубых нарушений перемирия, чтобы отпала необходимость внедрения согласованных на послеапрельских саммитах механизмов международного контроля за режимом перемирия и расследования инцидентов на границе. То есть, по принципу «нет нарушений — нет и необходимости в контроле и расследованиях». Азербайджан оказался перед дилеммой: либо продолжать нагнетать обстановку и под давлением извне получить на границах с РА и НКР международные механизмы контроля, тем самым лишить себя рычага давления на армянские стороны, либо выполнять взятые на себя международные обязательства по соблюдению перемирия и по мирному решению споров, тем самым заморозить конфликт и укрепить статус-кво.

С конца октября Азербайджан продолжал нарушать режим прекращения огня уже с применением миномётов и гранатомётов. 12−18 ноября азербайджанская сторона провела крупномасштабные учения. Как было заявлено, к учениям было привлечено до 60 тысяч личного состава, более 50 единиц самолётов и вертолётов, более 150 единиц танков и бронетехники, а также до 700 систем ракетных войск и артиллерии.

В МИД Армении назвали эти учения «очередным провокационным проявлением», в которое были вовлечены почти весь состав вооружённых сил и военная техника, что является грубейшим нарушением международных обязательств контроля над вооружением.

Накануне учений, в ночь с 10 на 11 ноября и в течение дня вооружённые силы Азербайджана подвергли обстрелу передовые позиции Армии обороны НКР в районе сёл Талиш и Ярымджа из 60‑мм и 82-мм миномётов. В заявлении МИД НКР от 11 ноября 2016 года было отмечено, что подобное массированное применение миномётов, происходящее впервые после крупномасштабной апрельской агрессии против Нагорного Карабаха, стало продолжением предпринимаемых в последнее время Азербайджаном действий по эскалации напряжённости на линии соприкосновения.

Апрельская война и процесс урегулирования

До анализа влияния Апрельской войны на процесс урегулирования, отметим ряд предшествующих инициатив и событий.

В начале января по инициативе председателя Комитета по иностранным делам Палаты представителей Конгресса США Эда Ройса в Комитете было организовано обсуждение за закрытыми дверями по вопросу мирного урегулирования карабахского конфликта. На обсуждении присутствовал сопредседатель Минской группы ОБСЕ от США Джеймс Уорлик. Подытоживая встречу, посол Уорлик сообщил: «Благодарю Комитет и его председателя Эда Ройса за обсуждения по Нагорно-Карабахскому урегулированию. Мы договорились работать вместе над урегулированием конфликта». Ранее Эд Ройс и конгрессмен Эллиот Энгель написали письмо в Госдепартамент, изложив свою позицию по урегулированию карабахского конфликта, которая отвечает интересам мира в регионе. Под письмом подписались 80 конгрессменов.

26 января в Парламентской Ассамблее Совета Европы (ПАСЕ) имело место голосование по двум антиармянским резолюциям. Одна из резолюций, касающаяся водных ресурсов реки Тертер, была принята на основе доклада М. Маркович, а вторая резолюция — «Рост насилия в Нагорном Карабахе и других оккупированных территориях Азербайджана» — была отклонена 70-ю голосами «против», при 66-ти «за». За четыре дня до голосования сопредседатели Минской группы ОБСЕ призвали Парламентскую Ассамблею Совета Европы (ПАСЕ) не делать таких шагов, которые могут навредить мандату МГ ОБСЕ или усложнить продолжающийся переговорный процесс.

Азербайджанские власти связали свой провал с голосованием по второй резолюции в ПАСЕ с призывом сопредседателей МГ ОБСЕ. Президент Азербайджана назвал деятельность международных посредников абсолютно бессмысленной, а действия вокруг проекта резолюции ПАСЕ — провокационной. Главам внешнеполитических ведомств России, США и Франции пожаловался и азербайджанский МИД.26

Боевые действия в апреле возымели крайне негативное влияние на процесс мирного урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Апрельские события подтвердили, что азербайджанская сторона является недоговороспособным партнёром по переговорам: Азербайджан, начав новую вооружённую агрессию, не только сорвал переговорный процесс и нарушил взятые на себя международные обязательства, но и попытался денонсировать бессрочные трёхсторонние Соглашения о прекращении огня и Соглашение об укреплении прекращения огня, подписанные главами оборонных ведомств НКР, Азербайджана и Республики Армения в 1994—1995 гг. Ноты о фактической денонсации принятых ранее документов были распространены Постоянным представительством Азербайджана при ОБСЕ 11 апреля 2016 года и Постоянной миссией Азербайджана при ООН 14 апреля 2016 года. Тем самым власти в Баку попытались отказаться от документов, под которыми наравне с Азербайджаном стоят подписи официальных представителей руководства НКР. В тексте ноты от 14 апреля очевидно стремление азербайджанской стороны заменить подписанные с НКР и РА документы устными договорённостями о восстановлении перемирия от 5 апреля 2016 года, достигнутыми начальниками генеральных штабов ВС Армении и Азербайджана. Следует отметить, что именно благодаря равноправному участию властей НКР в разработке и принятии соглашений 1994—1995 годов удалось в течение последующих 22 лет поддерживать мир в зоне конфликта.

Поддерживать мир в регионе и решать политические проблемы мирными средствами является международным обязательством Азербайджана не только согласно принятым вместе с НКР и РА договорам, но и по обязательствам, взятым на себя официальным Баку при вступлении в ООН, СБСЕ/ОБСЕ, Совет Европы и другие международные межправительственные организации.

Страны-сопредседатели Минской группы ОБСЕ оперативно и жёстко отреагировали на действия азербайджанских властей. Странами-посредниками было отмечено, что Соглашение о прекращении огня 1994 года, а также принятое в его развитие Соглашение об укреплении режима прекращения огня в нагорно-карабахском конфликте 1995 года имеют бессрочный характер и по-прежнему составляют основу перемирия в зоне конфликта. В первый день Апрельской войны Генеральный секретарь ООН призвал все вовлечённые стороны в полной мере соблюдать Соглашение о прекращении огня.

Несмотря на заявления стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ о том, что документы 1994—1995 гг. остаются основой перемирия, правовая база прекращения огня останется сомнительной, пока официальный Баку не отзовёт свои ноты, либо не будут сделаны официальные заявления на уровне МИД или президента Азербайджана о приверженности ранее принятым соглашениям. Азербайджанские власти попытались оправдаться, заявив, что распространение нот было личной инициативой их дипломатов. Эти оправдания не выдерживают критики, поскольку, например, распространённый 14 апреля 2016 года в Генеральной Ассамблее ООН документ начинается со слов «По поручению моего Правительства…».

Если до Апрельской войны в регионе существовала ситуация «ни мира, ни войны», то фактический выход Азербайджана из режима перемирия означает, что Арцаху и Республике Армения, как сторонам соглашения, объявлена война. Международные посредники должны срочно восстановить правовую базу перемирия, без которой обсуждение политических вопросов урегулирования теряет всякий смысл.

Кроме того, Генеральному секретарю ООН и странам-посредникам (США, РФ и Франция) следовало бы проявить последовательность в вопросе правовой основы перемирия и добиться от Азербайджана восстановления конфигурации линии соприкосновения противостоящих войск по положению на май 1994 года (status quo post bellum), когда было подписано Соглашение о прекращении огня и подтверждена линия прекращения огня. Имплементация данной рекомендации может стать эффективной мерой сдерживания и определённой гарантией невозобновления военных действий.

Апрельские события радикализировали настроения в обществах конфликтующих сторон в отношении мирного урегулирования конфликта. Не воспринимаются какие-либо обсуждения о возможных взаимных уступках. Даже слухи о возможной сдаче части территорий НКР Азербайджану привели к вооружённой внутренней дестабилизации в Ереване. В результате перестрелок были убитые и раненые.

Странам-посредникам следует извлечь уроки из событий, имевших место в ереванском квартале Эребуни. В вопросе урегулирования конфликта между НКР и Азербайджаном усилия международных посредников должны быть направлены в высшей степени на закрепление перемирия и исключение военного сценария. Без внедрения постоянного международного механизма контроля за режимом прекращения огня и механизма расследования инцидентов на границе, а также реализации мер доверия, искусственная интенсификация переговоров по политическим вопросам весьма опасна.

Изменившиеся в апреле обстоятельства должны радикально трансформировать «мадридскую» логику переговорного процесса. Очевидно, что продолжение переговоров в прежнем русле ущербно для сохранения мира в регионе. Представленные 28 апреля президентом Армении три условия, необходимые для возобновления переговоров по урегулированию карабахской проблемы, можно расценить как попытку изменения переговорной логики. Этими предварительными условиями являются: формирование мер доверия и внедрение механизмов расследования инцидентов, адресные заявления международного сообщества о ситуации в зоне конфликта и гарантии того, что Азербайджан не пойдёт на новую агрессию и террор против народа Нагорного Карабаха.

Судя по заявлениям, опубликованным по итогам двух послеапрельских саммитов — в Вене и Санкт-Петербурге, приоритет отдаётся стабилизации обстановки в зоне конфликта и только затем продвижению переговорного процесса. То есть посредники и президенты Армении и Азербайджана, по крайней мере на уровне заявлений, считают, что без надёжного закрепления режима прекращения огня и реализации мер доверия нельзя ожидать достижения согласия по политическим вопросам. В принятом в Санкт-Петербурге Совместном заявлении трёх президентов говорится о согласии сторон на увеличение числа наблюдателей в зоне конфликта. Этот шаг положительный, но он абсолютно недостаточный. Очевидно, что без внедрения постоянного международного механизма контроля за режимом перемирия и механизма расследования инцидентов на границе нельзя ожидать прекращения провокаций с азербайджанской стороны.

После саммита власти Азербайджана заявили о том, что число наблюдателей может быть увеличено всего на 6—8 человек. Ясно, что организовать постоянный мониторинг с таким ограниченным числом сотрудников ОБСЕ невозможно. С одной стороны, Азербайджан пытается выхолостить идею международного контроля за соблюдением перемирия, с другой — продолжаются попытки Баку связать возможное внедрение международных механизмов с ведением субстантивных переговоров, в результате которых Азербайджан вожделеет получить утраченные в войне территории, что разрушит систему безопасности НКР. Тем самым азербайджанская сторона фактически препятствует установлению эффективного механизма контроля за режимом прекращения огня и отказывается обсуждать создание механизма расследований инцидентов на переднем крае. Это означает, что в Баку намерены и впредь безнаказанно продолжать свою военную дипломатию или силовую политику.

Невыполнение Азербайджаном договорённостей создало препятствия для организации новых встреч на уровне президентов и министров иностранных дел Армении и Азербайджана. 31 мая сопредседатели МГ ОБСЕ провели встречу с главой МИД Азербайджана в Брюсселе, а 2 июня с министром ИД РА в Париже. Старания посредников организовать в сентябре встречу министров «на полях» Генеральной Ассамблеи ООН не увенчались успехом. В итоге, сопредседатели провели с министрами отдельные встречи. Сопредседателям удалось провести совместную встречу (по некоторым источникам — неформальный ужин) 8 декабря в Гамбурге, где проходила очередное заседание Совета министров иностранных дел ОБСЕ. В тот же день, министры иностранных дел стран-сопредседателей МГ ОБСЕ приняли Совместное заявление по НК конфликту, в котором вновь отражены «мадридские принципы» и элементы к ним.

Несмотря на то, что страны-сопредседатели МГ ОБСЕ считают поддержание перемирия приоритетной задачей, они не спешат отказываться от устаревших подходов. Например, это явно проявилось в период обсуждения в правительстве Армении заключения по законопроекту о признании Арцаха. Сопредседатели увидели в этом посягательство на их посредническую «монополию» и призвали Армению отказаться от односторонних действий в вопросе статуса НКР.

В начале 90-х годов прошлого столетия был принят такой подход, при котором политико-правовой статус Нагорного Карабаха должен быть определён на основе переговоров между сторонами при посредничестве МГ ОБСЕ. Но известно, что статус НКР был определён гражданами республики в 1991 году, и в последующие 25 лет независимый статус Арцаха прямо и косвенно подтверждался на различных общереспубликанских голосованиях более десяти раз. Изменившиеся обстоятельства, т. е. две войны, тысячи жертв, этно-территориальное размежевание в регионе и другие события продолжают игнорироваться международными посредниками. В Арцахе возникают резонные вопросы: по какому праву Азербайджан должен участвовать в определении статуса Нагорного Карабаха? Разве граждане НКР участвовали в определении статуса Азербайджана? Как может страна-агрессор, дважды попытавшаяся вооружённым путём уничтожить НКР и её население, участвовать в определении будущего Арцаха?

У армянских сторон карабахского конфликта имеются потенциальные возможности для эффективного сдерживания Азербайджана и изменения переговорной логики. Возможное подписание договора о стратегическом союзе и взаимной безопасности между РА и НКР, юридическое признание НКР со стороны Республики Армения, активная и последовательная работа по международному признанию НКР и другие шаги могут позитивно трансформировать статус-кво в сторону большей региональной стабильности.

Апрельская война ещё раз подтвердила аргумент о том, что признание НКР может стать дополнительным политико-дипломатическим механизмом обеспечения безопасности НКР и предотвращения региональной войны43. 6 мая 2016 года первый президент Армении Левон Тер-Петросян предложил армянской дипломатии использовать для обоснования необходимости независимости НКР доктрину «отделение во имя спасения» (remedial secession).

События 2016 года, особенно Апрельская война, ещё более усложнили задачу международных посредников. В 2017-ом сопредседательство МГ ОБСЕ будет иметь обновленный персональный состав.

Гражданское миротворчество

До апрельских событий гражданское миротворчество находилось в пассивном состоянии. Основная «движущая сила» миротворческих проектов в регионе — консорциум EPNK — прекратил свою активность в мае 2015 года и планировал старт новых проектов к осени 2016 года. Апрель принёс с собой определённые ограничения для проведения обсуждений с участием широкого круга экспертов и активистов гражданского общества из трёх конфликтующих стран, хотя и были организованы две экспертные встречи по стратегическому планированию.

Апрельская война стала экзаменом для общественных деятелей из НКР, РА и Азербайджана, долгие годы занимавшихся гражданским миротворчеством в рамках различных международных проектов. Произошла своеобразная «люстрация миротворцев». Большинство деятелей предпочло не выступать с заявлениями в пользу мира, некоторая часть активизировалась после достижения устных договорённостей о прекращении огня. Нашлись и такие, которые были за продолжение начатой войны и публично стали отказываться от почётной и ответственной миссии миротворца. Только небольшая группа общественников последовательно продолжает свою функцию.

Потраченные международными донорскими организациями ресурсы не дали ожидаемых результатов. В публикации International Alert «Приближение перспективы мира. 20 лет гражданского миротворчества в контексте нагорно-карабахского конфликта» авторами из НКР, в числе прочих рекомендаций, была подчеркнута необходимость в координации всех миротворческих инициатив и усилий, создании сети миротворческих организаций и формировании коллективной ответственности участников миротворческих проектов за судьбу миротворческого процесса. «Разбросанность миротворческих проектов — одна из причин недостаточной эффективности миротворчества в целом», — отмечено в публикации.

Процесс признания

В 2016-ом был продолжен процесс признания НКР со стороны местных законодательных органов и муниципалитетов.

3 февраля Совет старейшин бразильского города Франку-да-Роша единогласно принял решение о провозглашении Степанакерта и Франку-да-Роша городами-побратимами с целью установления между ними дружественных отношений. В решении отмечается, что оно станет основой для реализации различных программ и соглашений, которые будут способствовать установлению сотрудничества между городами в социальной, экономической и культурной областях. Предусматривается также обмен информацией между городами в сферах культуры, туризма и спорта. Проект решения был представлен членом совета старейшин Антонио Лопес да Сильва и утверждён мэром города Франсиску Даниэль Селегим де Мораисом. Муниципалитет Франку-да-Роша находится в бразильском штате Сан-Паулу. Население составляет около 145 тысяч человек.

3 марта Палата представителей американского штата Джорджия приняла резолюцию H.R. 1580 «О выражении уважения и признании Нагорно-Карабахской Республики». Проект резолюции был представлен членами Палаты представителей Пэт Гарднер и Деметриусом Дугласом.

29 марта Палата представителей американского штата Гавайи приняла резолюцию H.R. 167 «О выражении уважения и признании Нагорно-Карабахской Республики». Палата постановила, что заверенная копия резолюции будет передана Нагорно-Карабахской Республике посредством её представителей, находящихся с визитом на Гавайах, а также, что дополнительные заверенные копии будут переданы президенту Соединённых Штатов, лидеру большинства в Сенате Соединённых Штатов, спикеру Палаты Представителей Соединённых Штатов, и представителям Гавайев в Конгрессе.

20 апреля Совет города и округа Гонолулу, штат Гавайи принял резолюцию 16−78, CD1, в которой поощряет и поддерживает «продолжительные усилия Нагорно-Карабахской Республики, направленные на то, чтобы гарантировать своим гражданам те права, которые присущи свободному и независимому обществу, и призывает Президента и Конгресс Соединенных Штатов поддержать усилия мирового сообщества, направленные на справедливое и долгосрочное решение вопросов безопасности на Южном Кавказе».

В начале года Круг дружбы Франция-Карабах выступил с заявлением, в котором с констатируется расширение числа участников. Как сообщалось в заявлении, Круг пополнился 8 новыми членами — депутатами Парламента Франции. Таким образом, в Круг дружбы Франция — Карабах входят 48 членов. Как отмечается в тексте документа, деятельность Круга дружбы направлена на то, чтобы восполнить дипломатические усилия Франции в регионе, имеющем стратегическое значение. 28 ноября министр иностранных дел Нагорно-Карабахской Республики Карен Мирзоян принял членов Круга дружбы Франция — Арцах — депутата НС Франции Эрвана Бине и Жака Ремиле, бывшего мэра города Вьен (город-побратим с г. Гадрут). В ходе встречи состоялся также обмен мнениями по ряду вопросов, касающихся деятельности Круга дружбы Франция-Арцах.

В 2016 стало известно, что Армянская ассоциация адвокатов (Armenian Bar Association) США приступила к правовой миссии по международному признанию НКР. Состоящий из 17 членов Совет управляющих Армянской ассоциации адвокатов США принял резолюцию, в которой отмечается, что официальная политика организации заключается в содействии, направленном на международное признание Нагорно-Карабахской Республики в качестве независимого и суверенного государства. Подчеркивая приверженность Ассоциации в вопросе самоопределения граждан Арцаха, Совет управляющих принял ещё одну резолюцию, изменив впервые за 26 лет своего существования текст миссии и отметив, что основополагающая цель организации заключается в том, чтобы предпринять все шаги, в соответствии с международным правом, для обеспечения признания независимости Арцахской республики, и защищать право народа Республики Арцах на самоопределение.

По случаю принятия важной резолюции председатель Армянской ассоциации адвокатов США (ABA) Гарри Тигранян сказал: «Члены Армянской ассоциации адвокатов клянутся стоять плечом к плечу со своими братьями и сёстрами в Арцахе и предлагают свой юридический опыт в деле достижения международного признания территориальной целостности и суверенитета Республики Арцах. Мы призываем армянские организации всего мира объединить силы».

Некоторые выводы и рекомендации

— Апрельская война не была изначально задумана Азербайджаном как ограниченная по продолжительности и масштабам боевая операция;

— Апрельская война поставила под удар переговорный процесс и отдалила перспективу мирного урегулирования конфликта;

— Апрельские события подтвердили, что азербайджанская сторона является недоговороспособным партнером по переговорам;

— Азербайджанская дипломатия поставила под сомнение трёхсторонние и бессрочные соглашения относительно прекращения огня 1994−1995 годов. Международные посредники должны срочно восстановить правовую базу перемирия, без которой обсуждение политических вопросов урегулирования теряет всякий смысл;

— Восстановление при международной поддержке баланса сил, включая линию прекращения огня 1994 года (status quo post bellum), может стать эффективной мерой сдерживания и определённой гарантией недопущения возобновления военных действий;

— Реакция международного сообщества на Апрельскую войну была беспрецедентной. В заявлениях отдельных стран и международных структур подчеркивалась необходимость незамедлительного прекращения боевых действий. Только Турция (член посреднической Минской группы ОБСЕ) и Пакистан поддержали азербайджанскую агрессию;

— Международные центры силы проявили единую позицию и заинтересованность в вопросе поддержания мира в регионе;

— Апрельская война радикализировала общественные настроения в НКР, РА и Азербайджане. Тема возможных уступок и компромиссов стала крайне непопулярной;

— Усилия международного сообщества должны быть сфокусированы на мерах по стабилизации обстановки и превенции войны посредством создания механизмов круглосуточного международного контроля за режимом прекращения огня (гражданские наблюдатели ОБСЕ) и расследования инцидентов на границах;

— Создание Азербайджаном фактических препятствий в разработке и внедрении постоянного международного механизма контроля за режимом прекращения огня означает, что в Баку намерены и впредь безнаказанно продолжать свою военную дипломатию, приведшую к Апрельской войне;

— Изменившиеся в апреле обстоятельства должны радикально трансформировать логику переговорного процесса. Очевидно, что продолжение переговоров в прежнем русле ущербно для сохранения мира в регионе;

— Международное признание независимости НКР может стать дополнительной политико-дипломатической мерой сдерживания Азербайджана и обеспечения стабильности на Южном Кавказе;

— Апрельская война стала стимулом для активной модернизации Армии обороны НКР и системы безопасности Арцаха при всемерной поддержке граждан НКР, Республики Армения и представителей зарубежной армянской диаспоры;

— Потенциал гражданского миротворчества оказался слабым. Возникла необходимость пересмотра стратегии работы международных донорских и миротворческих организаций в НКР, РА и Азербайджане;

— Несмотря на постапрельскую интенсификацию международных встреч и обсуждений по Карабаху, решение проблемы остаётся труднодостижимой задачей, но всё ещё не исчерпана возможность мирного сосуществования двух соседних народов.

Масис Маилян — политический аналитик

Загрузка...

Comments

comments